Инвестор Брэд Герстнер вышел на сцену All-In Summit с обзором рынка ИИ и начал с фразы про собственный фонд: мы просто не можем вести бизнес, не покупая ИИ. Не «пробуем», не «экспериментируем», а не можем работать без этого.
Дальше он разложил рынок по цифрам. Мы разобрали выступление в выпуске на девять минут: смотреть разбор на YouTube. Ниже главное текстом, с переводом на язык обычной компании.
Главная цифра: расходы на ИИ выросли в 17 раз
Медианная компания за полтора года увеличила траты на ИИ в семнадцать раз. Это уже не строка «эксперименты», а операционные расходы, как аренда, связь и зарплата.
Отсюда простой вывод для собственника: вопрос больше не в том, внедрять или нет. Вопрос в том, какую часть работы вы отдаёте машине и сколько это стоит в сравнении с людьми и с упущенным временем.
Что делать: посчитать, сколько ваша компания тратит на ИИ сегодня и какую работу это закрывает. Если получается ноль, вы платите ту же сумму, только людьми и сроками.
Рост без найма: то, ради чего всё затевалось
Последние десять лет прибыль на акцию в NASDAQ росла примерно на 10% в год: шесть процентов давала выручка, остальное экономия на издержках. Герстнер задаёт вопрос, можно ли за счёт ИИ почти утроить эту экономию, и отвечает: очевидно, да.
Примеры он берёт живые. Uber планирует расти на 20% без увеличения штата, Snowflake на 30%, тоже не нанимая новых людей. Никого не увольняют, просто перестают нанимать прежними темпами. А люди это главная статья расходов почти в любой компании.
Для малого и среднего бизнеса это работает даже нагляднее: там, где раньше при росте заказов нанимали второго менеджера и третьего контентщика, теперь ставят агента и оставляют людей на том, где нужен человек.
Что делать: взять ближайший план найма и честно спросить по каждой позиции, какую её часть можно отдать агенту.
Кто зарабатывает в этом буме
Полупроводники дали 70% всего роста NASDAQ. Зарабатывают те, кто производит токены, то есть вычисления, а те, кто их покупает, пока едут следом.
Деньги гигантов на стройку дата-центров почти доллар в доллар оседают в прибыли производителей чипов. При этом Microsoft, Google и Amazon строят не для себя, они строят, чтобы сдавать мощности в аренду.
Вывод для компании вашего размера очевиден и приятен: не стройте своё железо. Арендуйте мощности и платите за фактическое потребление, а деньги вкладывайте в свой процесс и свои данные.
Что делать: арендовать, а не строить. Собственное железо оправдано только там, где этого требует безопасность данных.
Три риска, которые могут притормозить бум
Герстнер честно называет три вещи, способные остановить рост.
1. Регулирование. Он вспоминает, как из страха закрыли 67 ядерных реакторов, и предупреждает, что повторить это с ИИ будет дорого.
2. Энергия. Все вычисления США сегодня это меньше 40 гигаватт, а отрасль планирует добавить 43 гигаватта за год. Он не верит: разрешения, протесты, очереди на подключение, дефицит рабочих и распроданное оборудование. Его оценка около 25 гигаватт.
3. Ставки. Больше 90% за повышение, а вся стройка идёт на заёмные деньги. Дорогие деньги делают длинные проекты менее привлекательными.
Для предпринимателя это не повод ждать. Это повод не подписываться на длинные и дорогие обязательства там, где можно взять в аренду и заплатить за факт.
Что делать: считать стоимость денег и не ждать, когда «всё устаканится».
Одна цифра, за которой стоит следить
Герстнер называет её прямо: месячная выручка ведущих лабораторий к концу года. Четыре миллиарда или восемь. Если восемь, стройка и деньги в отрасль продолжатся. Если четыре, гиганты притормозят, а вычисления останутся дефицитом.
На нашей стороне это означает простую вещь: цены на модели и доступность мощностей в следующем году будут зависеть не от ваших переговоров с поставщиком, а от этой цифры. Значит, закладывайте в свой контур возможность переключиться на другого поставщика.
Что из этого мы делаем сами
Мы смотрим на этот рынок не со стороны: у нас на ИИ работает собственное производство контента и клиентские системы.
Рост без найма мы проверили на себе. Наш YouTube-канал полностью ведёт связка агентов: находит тему, пишет сценарий, озвучивает, монтирует, режет шортсы, готовит превью и заголовки. Человек смотрит готовое и говорит «ок». Такой же агент можно поставить на свой канал, первый ролик бесплатно: ИИ-агент для YouTube.
Первая линия без второго менеджера. ИИ-ассистент-менеджер ведёт переписку, квалифицирует заявку и передаёт человеку уже собранный контекст. Это ровно тот случай, когда рост заявок не требует нового сотрудника.
Аренда вместо стройки. Мы держим один легальный вход к моделям и автоматический резерв из нескольких поставщиков, чтобы не зависеть ни от одного. Как это устроено и сколько стоит, я описал в статье про контур, который переживёт отключение.
Внедрение по одному процессу. Мы не начинаем с большой автоматизации. Берём процесс, описываем его словами, собираем агента, замеряем результат до и после. Подробно на странице внедрения искусственного интеллекта.
А если хотите разобраться и собрать это своими руками, у нас есть бесплатная Академия Solaris.
Частые вопросы
Есть ли пузырь на рынке ИИ?
Герстнер считает, что нет: растут не оценки, а прибыли компаний, и рынок платит за них даже меньше обычного. Лидер бума стоит около четырнадцати годовых прибылей следующего года, что далеко от ситуации 2000 года.
Сколько сейчас тратят на ИИ обычные компании?
Медианная компания увеличила расходы на ИИ в семнадцать раз за полтора года. Это перешло в разряд операционных расходов, а не разовых экспериментов.
Можно ли расти, не увеличивая штат?
Крупные компании уже планируют так: Uber около 20% роста без найма, Snowflake около 30%. В небольшом бизнесе это выглядит как отказ от второго менеджера или контентщика в пользу агента на том же объёме работы.
Строить своё железо или арендовать мощности?
Для подавляющего большинства компаний выгоднее аренда с оплатой за факт. Своё железо оправдано там, где этого требуют безопасность и требования к хранению данных.
За какой цифрой следить, чтобы понимать, куда идёт рынок?
За месячной выручкой ведущих лабораторий к концу года: четыре миллиарда или восемь. От этого зависит, продолжится ли стройка мощностей и насколько дефицитными будут вычисления.