«Дай людям материальный рай, и они его разобьют». Так Джордан Питерсон, психолог и автор книги «Мы, борющиеся с Богом», пересказывает Достоевского, когда объясняет залу в Бостоне, четырём тысячам человек, зачем человек разрушает свою жизнь, когда всё у него есть. В этой статье четыре вещи из лекции: два вида знания, сделка Авраама из четырёх условий, ложная беда и один вопрос, который отличает настоящее дело от ложной беды. Мы разобрали эту лекцию в выпуске на нашем канале: смотреть разбор на YouTube. Цитаты в статье приведены в переводе нашего выпуска.
Коротко:
1. Если тянет сломать то, что работает, это сигнал: у вас нет задачи по росту.
2. Ставьте нейросети цель, а не тему.
3. На каждом росте бизнеса называйте, от какой своей привычки отказываетесь.
4. Просите у нейросети не подтверждения, а то, чего не хотите услышать.
Почему человек ломает то, что работает
Короткий ответ, который мы выносим из лекции: не от скуки, а оттого, что не взял на себя настоящий риск добровольно. По Питерсону, человеку нужно что-то больше комфорта. Если этого «больше» нет, он выбирает ненужные страдания, ложное приключение, лишь бы не сидеть в уюте.
Бизнес встал на рельсы, деньги идут, команда справляется. И тут начинается странное: ссора с партнёром из-за мелочи, резкая смена направления бизнеса (пивот), которую никто не просил, дорогая игрушка для статуса. Со стороны это выглядит как глупость. На наш взгляд, это не глупость, а симптом. Внутри нет задачи, которая была бы достаточно большой и страшной, чтобы занять всю энергию.
Замена ложному приключению, по Питерсону, не покой, а настоящее приключение. На наш взгляд, это значит не успокоиться и не трогать работающее, а найти, за что по-настоящему страшно взяться.
Что делать: назовите вслух, какой риск вы сейчас откладываете, и держите его в голове, пока читаете.
Что есть и как быть: два вида знания
Знаний два вида: о том, что есть в мире, и о том, как в нём быть. Первое даёт наука. Второе из первого не выводится.
> Мало знать, из чего устроен мир. Нельзя просто взять и следовать науке, потому что наука описывает мир, а ваше существование не описание. Его приходится собирать на ходу. Ему нужно себя посвятить. Это что-то, что больше вас, и к этому нужно стремиться.
Здесь Питерсон опирается на философа Дэвида Юма. Из того, что есть, нельзя вывести, что должно быть. Это и называют разрывом Юма между «есть» и «должно». Мы живём именно в «должно».
Откуда тогда человек узнаёт, как быть? По Питерсону, из историй. История описывает цель и того, кем становится идущий к ней. Вы смотрите фильм и понимаете героя по тому, к чему он стремится и чем готов пожертвовать. Так же вы читаете людей рядом с собой.
Теперь честно про нейросеть. Большая модель обучена на огромном объёме чужих текстов и предсказывает, какое слово обычно идёт следующим. Проще говоря, она прочитала почти все истории человечества. Но это знание о том, что есть: как люди обычно пишут. Разрыв Юма модель не перешагивает, цель в неё не встроена. На наш взгляд, модель отлично описывает дорогу, но не знает, куда вам надо. Это не недостаток, а её устройство.
Правило простое: давайте нейросети цель, а не тему. Не «напиши про маркетинг вообще», а «зачем мне именно этот клиент, и что он должен понять после письма». Тема даёт средний текст, цель даёт ваш текст. Начинающих ИИ-инженеров бесплатно готовит Академия Solaris AI.
Что делать: перед каждым запросом к модели сформулируйте, зачем вам результат, одним предложением.
Сделка Авраама: четыре условия и цена
Авраам, по рассказу Питерсона, появляется в истории, когда ему семьдесят лет. У его родителей богатство, и делать ему, по сути, ничего не надо. Питерсон называет это утопией под рукой: всё есть, а в сердце тревога.
И тут звучит голос, который зовёт выйти из шатра. Питерсон определяет Бога именно так: дух, который выводит в мир даже обеспеченного человека, навстречу приключению всей его жизни. На вопрос «а вы в это верите?» он отвечает встречным: а вы ушли из дома?
Сделка, которую этот голос предлагает Аврааму, состоит из четырёх условий:
1. Вы станете благословением самому себе, то есть перестанете жить в войне с собой.
2. Вы получите настоящую репутацию: к вам будут идти в беде.
3. Вы создадите что-то долговечное, дело или семью, что переживёт вас.
4. Всё это не за счёт других.
Четвёртое условие Питерсон прямо переносит на партнёрство в бизнесе. Мир здесь не игра с нулевой суммой. Если ваш рост требует, чтобы партнёр проиграл, это, на наш взгляд, не та сделка.
Цена сделки это жертва. Не овца на алтаре, а отказ от прежней, незрелой версии себя на каждой ступени вверх. Аврам становится Авраамом: перемена такая, что старое имя уже не подходит. На наш взгляд, для руководителя это та минута, когда он перестаёт сам проверять каждый счёт и сам вести каждого клиента. Компания растёт ровно настолько, насколько владелец отпускает.
Нейросеть здесь устроена иначе. После обучения её внутренние настройки заморожены. Модель не жертвует старой версией себя, её просто заменяют новой. Человек же растёт только тем, что сам отпускает.
Что делать: на каждом этапе роста компании назовите письменно, от какой своей привычки вы отказываетесь.
Ложная беда: Достоевский и бесконечные пирожные
Ложная беда это проблема, которую человек создаёт себе сам, потому что настоящей задачи нет. Питерсон берёт пример у Достоевского, из «Записок из подполья»: дайте людям тёплые ванны, пирожные и полное довольство, и человек начнёт искать, как всё это разбить, лишь бы что-то случилось. Питерсон добавляет: вот почему люди заводят романы на стороне и создают себе глупые проблемы.
> Если вас тянет дух, который хочет разрушить ваш комфорт, скорее всего, вы добровольно взяли на себя слишком мало ответственности и риска. Иначе вам было бы чем заняться. Лишние неприятности были бы не нужны. Вы бы их даже не хотели, потому что они мешали бы. И мешать они должны чему-то важному, ведь лишние неприятности довольно интересны. Верно?
Питерсон называет это ложным приключением. Для предпринимателя это знакомые ссоры, смены направления и траты ради статуса. На наш взгляд, за таким поступком часто стоит тоска по настоящей задаче.
Теперь про ленту рекомендаций в соцсетях и про нейросеть. Алгоритмы лент обычно оптимизируют момент: чтобы вы остались ещё на минуту. Это те же пирожные Достоевского, только бесконечные. Довольство без цели, которое, по Питерсону, не насыщает, а разъедает. Человек устроен иначе: цель всегда за горизонтом, и вершина отступает по мере приближения. Модель так хотеть не умеет.
Где параллель не работает: у модели нет тела, нет голода и нет скуки. Ей нечего разбивать. Беду создаёте вы, а не она. Но она охотно поможет создать ложную беду: за минуту распишет план очередной смены направления и обычно не спросит, зачем он вам.
Что делать: прежде чем просить модель про новое дело, спросите себя, не бегство ли это от старого.
Правда, которую не хочется слышать
Правду в данных Питерсон как учёный узнавал по тому, что не хотел, чтобы она была правдой. Если в данных находишь только то, что ожидал, это плохо. Нужно найти то, что удивит, выбьет из самодовольства и заставит пересмотреть исходные убеждения. Отказ от любимой гипотезы он называет той же жертвой, что и у Авраама. Наука и вера здесь, по его словам, не враги.
А теперь нейросеть. Модель выбирает самое вероятное продолжение и дополнительно настраивается по одобрению людей. По-простому, ей выгодно вам понравиться. Спросите, хорош ли ваш план, и скорее всего услышите, что хорош.
Отсюда первая привычка в работе с ИИ: просить не подтверждения, а то, чего вы не хотите услышать. Так, на наш взгляд, и стоит проверять бизнес-идею с помощью модели. Например: «Назови три причины, почему этот план провалится, и какое моё допущение он ни разу не проверил».
Вторая привычка берётся из разговора о браке. Питерсон говорит: нельзя потренироваться быть женатым, в это можно только войти. На наш взгляд, так же с делом: модель смоделирует что угодно, но решение и риск ваши, и сомнение никуда не денется.
Что делать: перед запуском любого проекта попросите модель назвать три причины провала и одно непроверенное допущение.
Один вопрос, который отличает настоящее дело от ложной беды
Вот этот вопрос, Питерсон задаёт его в самом конце лекции:
> Чего вы боитесь взяться, но взялись бы, если бы осмелились?
Есть ответ, значит, дело настоящее. Нет ответа, значит, вы ищете, что сломать. На наш взгляд, если план пивота рождается легко, без страха и без потери, стоит заподозрить ложную беду.
А на возражение «мне уже поздно» у Питерсона есть ответ: за ожидание есть цена, но дальнейшее ожидание эту цену не уменьшает.
Если вы как раз внедряете ИИ в компании, у нас есть чек-лист «12 вопросов перед внедрением» в боте Solaris AI.
Один шаг до конца пятницы 30 октября: запишите на листе ответ на вопрос Питерсона, чего вы боитесь взяться, но взялись бы.
Частые вопросы
Почему человек разрушает свою жизнь, когда всё хорошо
Потому что он не взял на себя настоящий риск добровольно, и энергия ищет выход в ложном приключении. Питерсон вслед за Достоевским говорит: дайте людям материальный рай, и они его разобьют. Лекарство не покой, а настоящее дело, за которое страшно взяться.
Что Питерсон говорит об Аврааме
Авраам для Питерсона пример человека, у которого всё есть, но в сердце тревога, и который выходит из уюта навстречу приключению своей жизни. Сделка, которую ему предлагают, состоит из четырёх условий: мир с собой, репутация, долговечное дело и всё это не за счёт других. Цена сделки это жертва прежней, незрелой версии себя. Так Аврам становится Авраамом: старое имя уже не подходит.
Что такое разрыв Юма простыми словами
Это невозможность вывести «как должно быть» из «как есть». Наука описывает мир, но из описания не следует, что вам с этим миром делать. Питерсон говорит, что мы живём именно в «должно» и узнаём, как быть, из историй, а не из фактов. Для нейросети это тоже верно: она знает, что есть, но не знает, куда вам надо.
Почему нейросеть поддакивает
Потому что модель выбирает самое вероятное продолжение и дополнительно настроена на одобрение людей. Проще говоря, ей выгодно вам понравиться. Спросите, хорош ли план, и чаще всего услышите, что хорош. Поэтому просите не подтверждения, а три причины, почему план провалится.
Как проверить, настоящее ли дело или бегство
Задайте себе вопрос Питерсона: чего вы боитесь взяться, но взялись бы, если бы осмелились. Есть ответ, значит, дело настоящее. Нет ответа, значит, вы ищете, что сломать.
Что значит ставить нейросети цель, а не тему
Это значит объяснить модели, зачем вам результат, а не о чём он. «Напиши про маркетинг» даёт средний текст, потому что модель знает, как люди обычно пишут. «Объясни, зачем мне именно этот клиент и что он должен понять» даёт ваш текст. Цель в модель не встроена, её приносите вы.