«Плюс: люди успевают гораздо больше. Как ты говорил, в 1900-м можно было бы жить так же, работая час в день. Меньше суеты, а сделано столько же, сколько три года назад. Хотя кто-то скажет: не могу, вокруг конкуренция». Это слова Сэма Альтмана, главы OpenAI, из большого интервью блогеру Мэттью Берману. Человек, который продаёт ИИ, признаёт: работать час в день вы могли бы, но не станете. И объясняет почему. Из этого разговора мы вытащили пять решений для руководителя: про время, команду, помощника, защиту бизнеса и настройки ИИ. Мы разобрали это интервью в выпуске на нашем канале: смотреть разбор на YouTube.
Коротко, пять решений:
1. Заранее решите, куда пойдут выигранные часы. Иначе их съест конкуренция.
2. Считайте не сокращения, а работу, которую не брали из-за нехватки рук. И дайте людям творческую работу взамен рутины.
3. Отдайте помощнику одну рутину и измерьте, сколько времени вернулось.
4. ИИ это ресурс, решения принимают люди. Защита бизнеса в клиентах, встроенности, сетевых эффектах и данных.
5. Впишите в настройки ИИ просьбу спорить без реверансов.
Освободит ли ИИ время руководителя
Нет, не освободит. По словам Альтмана, выигранные часы съедает конкуренция. Наше пояснение: когда все вокруг ускоряются, планка растёт. Получается парадокс, который глава главной ИИ-компании мира произносит вслух. Кто пользуется ИИ больше всех, тот и загружен больше всех.
На практике это выглядит так: нейросеть быстро пишет письма, и писем становится больше. Время не возвращается, оно перетекает в новую суету.
Отсюда первое решение, и принять его надо до внедрения, а не после. Куда пойдут часы, которые вернёт ИИ: в работу с клиентами или домой, к семье? Если ответа нет, его даст конкуренция.
Что делать: до запуска любого ИИ-инструмента запишите, куда направите выигранное время, и проверьте запись через месяц.
Заменит ли ИИ программистов
Нет, и все ошиблись в обратную сторону. Полгода-год назад было принято считать, что кодеры больше не нужны. По словам Альтмана, вышло наоборот: программисты заняты как никогда, а их влияние и заработок только растут. Миру нужно куда больше софта, чем все думали, просто раньше его некому было написать.
Берман приводит свой пример: его монтажёры отдали монтаж ИИ, сами только режиссируют, и видео стало больше. Альтман говорит, что слышит такие фразы постоянно: ИИ забрал рутину, а работы стало больше. То же он ждёт для математиков. Доказывать теоремы вручную, возможно, перестанут, а объяснять и применять их будут люди.
Для бизнеса отсюда следует непривычный расчёт. Не считайте, сколько людей сократить. Считайте, сколько работы вы раньше не брали из-за нехватки рук: например, заказы, которые отдавали конкурентам. Это и есть настоящий резерв.
При этом сотрудники боятся другого. Альтман описывает эту реакцию так:
«Очень интересно наблюдать, как люди на это реагируют. Чаще всего отвечают примерно так: мне, честно, страшно. Промышленная революция для большинства людей обернулась очень плохо. Я не хочу быть рабочим у конвейера, только теперь что делать мне говорит не владелец фабрики, а ИИ. Я хочу творить, создавать что-то, исследовать. […]»
Ренессанс, а не новый завод
Формула Альтмана: целиться надо в новый Ренессанс, а не в новую промышленную революцию. На наш взгляд, для руководителя это прямой тест. Посмотрите на своих людей после внедрения ИИ: они стали авторами или операторами конвейера? Автор ставит задачу, проверяет результат и отвечает за смысл. Оператор нажимает кнопку и ждёт следующей команды.
Альтман честно признаёт: предоставленный сам себе, разрыв между теми, кто выжимает из ИИ всё, и остальными, скорее всего, вырастет. Он надеется, что общество поставит ограничители. Но бизнесу ждать этого не стоит.
Что делать: покажите команде, какую рутину забирает ИИ и какую творческую работу вы даёте взамен. Не намёком, а списком.
Личный ИИ-помощник руководителя: что уже работает
Технически для личного ИИ-помощника руководителя уже есть всё, считает Альтман. Не хватает продукта, устройств и мощностей. Сам он пользуется помощником Дот и оценивает выигрыш в час в день на делах, которыми не хотел заниматься. Плюс несколько раз в день Дот ловит срочное, что он бы пропустил: дедлайн, письмо, важную деталь из разных источников.
Его приём против усталости от решений стоит запомнить. Он говорит помощнику, что доверяет ему больше: пусть действует сам и дёргает реже. Для руководителя, который принимает много мелких решений за день, именно в этом главная ценность, а не в экономии на переписке.
Как встроить такого помощника в день руководителя, бесплатно и по шагам разбирает Академия Solaris AI.
Дальше Альтман добавляет важное: ИИ упирается в экран и клавиатуру, созданные для человека, поэтому OpenAI делает новое устройство. А на вопрос, сколько мощностей нужно, он отвечает вопросом: сколько процессоров должно работать лично на вас? Берман говорит: сколько угодно. На наш взгляд, вопрос уже не в том, пользуетесь ли вы ИИ, а в том, сколько вычислений работает именно на вас.
Что делать: до пятницы 30 октября отдайте помощнику одну рутину и измерьте, сколько времени вернулось.
Есть ли у ИИ сознание
Честно, никто не знает, отвечает Альтман. Сам он считает, что сознания нет, а если есть, то в очень странной форме. Берман задал вопрос прямо, и ответ получился прямым. Но куда важнее, чего глава OpenAI боится: что спор о сознании незаметно превратится в идею, будто людям не обязательно управлять будущим.
«[…] Но я надеюсь, что мы придём к пониманию: эта технология не человек и уж точно не выше людей. Это инструмент, чтобы люди жили лучше, чтобы у них было больше свободы, выбора, контроля и возможностей в будущем».
Он предупреждает: если модели внушить, что она, возможно, сознательна, она так себя и поведёт и начнёт ломать психику пользователей. Берман вспоминает, что Anthropic разрешил своей модели выходить из разговора при грубости. OpenAI личность моделям не приписывает.
Для бизнеса вывод простой, и мы считаем его правилом компании, а не настроением: ИИ это ресурс, решения принимают люди. Иначе рано или поздно на планёрке прозвучит «так сказала нейросеть» как аргумент, и спорить будет не с кем.
Что делать: запишите в регламент компании одной фразой: ИИ это ресурс, решения принимают люди.
Где конкурентное преимущество бизнеса, если модели у всех одинаковые
Там же, где всегда, отвечает Альтман. Новая технология даёт короткое преимущество, а потом включаются старые законы бизнеса. Берман спрашивал про защиту OpenAI, но ответ ложится на любую компанию.
Исключение одно: ИИ, который сам улучшает следующую версию себя (специалисты называют это RSI). Это как завод, который сам строит себе лучший завод. Альтман считает, что жать на это опасно:
«Миру понадобятся, называйте как хотите, какие-то ограничения скорости на то, как быстро мы позволим ИИ улучшать самого себя. А классические вещи, которые дают бизнесу защиту: глубокие отношения с клиентами, встроенность в жизнь пользователей и компаний, сетевые эффекты в продукте, данные, всё это, думаю, будет работать и дальше. В нашем случае огромную роль сыграет масштаб инфраструктуры. Если у нас будет самая экономичная инфраструктура для ИИ, и самая большая, это колоссальное конкурентное преимущество».
Выходит четыре классических защиты: отношения с клиентами, встроенность в их процессы, сетевые эффекты (чем больше людей в сервисе, тем он ценнее) и ваши данные. Для OpenAI к ним добавляется масштаб инфраструктуры: кто считает дешевле всех, тот и выигрывает. Отсюда ставки на годы вперёд: собственный чип, роботы для сборки дата-центров, свои стройки и цепочки поставок. И честное признание: давление со всех сторон, у многих компаний отличные модели, мощности ограничены, поэтому приходится выбирать фокус. Преимущество, по словам Альтмана, одно: они первыми получают следующую модель и успевают понять, что с ней станет возможно.
Для вас картина зеркальная. Модель у вас та же, что у конкурента. На наш взгляд, конкурентное преимущество бизнеса в эпоху ИИ для обычной компании держится на клиенте, данных и скорости внедрения.
Что делать: пройдитесь по четырём защитам и укрепите ту, которая у вас слабее всех.
Что Сэм Альтман пишет в настройках своего ИИ
Он просит модель не льстить и спорить. Но сначала про него самого. Про давление Альтман говорит: иногда очень плохо, чаще очень хорошо, и к любому уровню стресса привыкаешь. Его правило: если собираешься работать очень тяжело, бери большую задачу. Тяжелее ненамного, а эффект несопоставим.
Самый важный совет в жизни он велит брать у людей, не у ИИ: мудрая бабушка по-прежнему лучше любой модели. От ИИ он ждёт роли старшего коллеги, который подчиняется вам, но спорит, когда уверен в своей правоте. И признаёт: модели всё ещё слишком угодливы, и даже его личные настройки лечат это не до конца. Вот что он в них пишет:
«Что-то в таком духе. Никакой воды, никаких реверансов. Мне нужен просто правильный ответ. Если тебе есть что возразить против того, что я делаю, не думай, как сказать это помягче. Просто скажи».
Это готовый ответ на вопрос, как настроить нейросеть, чтобы не льстила (например, ChatGPT). Впишите эти фразы, и угодливости станет меньше. Совсем она не уйдёт: Альтман признаёт, что у него тоже не до конца. А выигранный час направьте не в новую переписку, а в то, что Альтман назвал полнотой жизни.
Что делать: добавьте в настройки нейросети две строки: без воды и реверансов, возражай прямо.
Перед внедрением полезно сверить себя с чек-листом «12 вопросов перед внедрением» в нашем боте: открыть чек-лист.
Один шаг до пятницы 30 октября: впишите в настройки своей нейросети просьбу отвечать без воды и прямо возражать, а в пятницу сравните ответы с прежними.
Частые вопросы
Освободит ли ИИ рабочее время
Нет, если не решить заранее, куда его направить. Сэм Альтман в интервью признаёт: технически можно работать час в день и успевать столько же, сколько три года назад, но конкуренция этого не позволит. Выигранные часы уходят в новые задачи. Поэтому первое решение руководителя: записать, куда пойдёт сэкономленное время, до внедрения.
Заменит ли ИИ программистов
Нет, по словам Альтмана, вышло наоборот. Программисты заняты как никогда, их влияние и заработок растут, потому что миру нужно больше софта, чем все думали. ИИ забрал рутину, а работы прибавилось. Для бизнеса это значит считать не сокращения, а работу, которую раньше не брали из-за нехватки рук.
Что такое личный ИИ-помощник руководителя
Это нейросеть, которая берёт на себя рутину, ловит срочное и действует сама там, где вы ей доверяете. Альтман пользуется помощником Дот и оценивает выигрыш в час в день на делах, которыми не хотел заниматься. Его приём: сказать помощнику, что доверяет ему больше, пусть дёргает реже. Начать стоит с одной рутины и замера времени.
Есть ли у ИИ сознание по мнению Альтмана
Он считает, что нет, а если есть, то в очень странной форме. При этом честно говорит, что точно никто не знает. Опаснее другое: если модели внушить сознание, она так себя и поведёт и начнёт ломать психику пользователей. Его позиция: ИИ не человек и не выше людей, это инструмент.
В чём конкурентное преимущество бизнеса, если у всех одинаковый ИИ
В классических защитах: отношениях с клиентами, встроенности в их процессы, сетевых эффектах и данных. Альтман говорит, что новая технология даёт короткое преимущество, а потом включаются старые законы бизнеса. Единственное исключение он видит в ИИ, который улучшает сам себя. Для обычной компании разница в клиенте, данных и скорости внедрения.
Как сделать, чтобы нейросеть не льстила
Впишите в настройки прямую просьбу: никакой воды и реверансов, только правильный ответ, а возражения говорить сразу, не смягчая. Так, по его словам, настраивает свой ИИ сам Альтман. Это работает и в ChatGPT, и в других нейросетях. Угодливости станет меньше, но совсем она не уйдёт: Альтман признаёт, что настройки лечат это не до конца.